Старший блюститель Кусь — жилистый старикан с военной выправкой — грозно смерил взглядом строй блюстителей.
— …няйсь, смир-р-рно!

Клим Непруха втянул живот до позвоночника и придал лицу выражение служебного рвения. Будущее Клима висело на волоске: старший грозился выгнать его со службы.

— В последнее время, ять, — пролаял Кусь, — участились случаи антикорпоративных акций. Нам удалось жёстко преодолять… -леть болтовню в курилках и писку в чатах. Новая угроза – это мыследроны, и их надлежит безжалостно подавлеть… -лять! То есть истреблять! Пинчер, раздать инструкцию о мерах по обеспечению преодоления непозволительных деяний.

Помстар Пинчер вручил каждому по три листа убористого текста.

— На данных учениях мы, ять, будем отрабатывать раздел «Сбой МЛО» вышеозначенной инструкции. Для обсосов поясню: МЛО – это мысле-летательный объект. Понятно?
— Так точно! — громогласно гаркнул строй.
— Самым результативным способом обнулять МЛО является интелект-таран. Но поскольку самых умных среди нас… вас не набля… -блюдается, будем действовать по старинке. То есть проверенными средствАми. Низколетящие тупые дроны уловлять сетями. А МЛО высокого полёта сбивлять банками солёных огурцов. Вопросы есть?

— А сетями и огурцами обеспечивать будут? – выкрикнул молодой голос.
— Будут. Но если узнаю, ять, что какой-то муд… -рец огурцами закусывает, яй… тому не завидую, — и Кусь грозно пошевелил разлапистыми бровями.

— Считаю, что МЛО надлежит уничтожать радикально, ещё до взлёта, – выступил тощий очкарик. – Ингибировать мысли посредством нейролептиков. В крайнем случае, купировать лоботомией.
— Умный, да? – зло оскалился Кусь. — Не положено! Написано, ять, русским по белому: истреблять солёными огурцами.

***
Непруха вышел на линию огня дроносбойного стенда с одной мыслью: главное — не облажаться! Боекомплект состоял из рыболовного бредня и трёх банок калибром от ноль пяти до литра.

Первый мыследрон оказался тупым низколетящим. Клим без труда забредил его бреднем. А вот второй – острый, вдохновенный, шёл высоко по крутовиражной траектории.

Непруха схватил банку ноль пять, прицелился. Замах, полёт: крышка соскочила, и наружу рванула струя забродившего рассола. Банка несколько раз крутанулась в воздухе. Бац-дзынь-шлёп: жёлтые осклизлые огурцы рассыпались по полу. А паскудный МЛО изобразил Климу издевательский кукиш-пируэт.

Ноль семьдесят пять тоже просвистела мимо. Дрон, умный гадёныш, не дожидаясь подлёта банки, ушёл в штопор. И снова бац-дзынь-шлёп, и огурцы в разные стороны.

Осталась последняя попытка. Непруха обернулся и увидел, как разозлённый Кусь завесил глаза бровями. Клим растянул губы в жалкой извиняющейся улыбке. И жестом показал: всё будет окей!

Он замахнулся последним, литровым, снарядом. Руки тряслись. Вертлявая банка выскользнула и шлёпнулась на пол за спиной Клима. Дребезг бьющегося стекла прозвучал похоронным звоном.

И сразу же бесячий МЛО снизился и, глумясь, триумфально поплыл над головой блюстителя. Непруха захлебнулся чёрной яростью.
И вдруг зарницей полыхнула идея. Клим зубами оторвал кусок инструкции, пожевал, скатал языком в плотный бумажный ком. И через свёрнутый в трубку лист смачно плюнул в обидчика. Дрон взвыл, завертелся, кувырнулся и рухнул к ногам Клима.

— Теперь точно не выгонит! – облегчённо выдохнул Непруха. — А ещё говорят, что инструкции никому не нужны…