Снег слепил, в лицо дул ветер. Шорох смешался с криками, воздух трещал от смеха. Город, в который он шёл, встретил его яркими красками и запахом выпечки, какой сочится из окон домов. Переступив с ноги на ногу, мальчик шагнул вперёд.

— Куда прёшь? — мужик резко толкнул его. Щекастое лицо исказилось негодованием. Из-под густых усов шёл пар.

Ворча, невежа отошёл. И тут на протоптанный снег упала монета. Схватив, мальчик потёр находку ладонями и спрятал в карман старого полушубка. Ноги понесли дальше.

Город напоминал муравейник. Много людей, и каждый играет роли. Повсюду радость, хохот. На площади танцевали актёры. Их разноцветные маски были странными, а люди вокруг всё равно хлопали и пели.

— Можно это?

Не вставая, старуха протянула ладонь.

Снег засыпало крошками. Мальчик с жадностью ел праздничный пряник, испуганно оглядываясь.

Вдали кричали дети. Подбегая к стене, они били синюю полосу на ней, тяжело дышали. Это дело казалось весёлым. Мальчик знал эту игру. В груди горела надежда.

— Не догонишь! — дразнил он воду. Удар, вздох, — старик Эль идёт!

И вновь начиналась погоня. Сердце бешено билось, ноги несли вперёд. Всё вокруг плыло — был лишь двор, стена старого дома и мелькающие образы. Музыка стала тише, а снег не таким мягким и звонким.

— Старик Эль идёт! — воскликнул мальчик.

Но не последовало ни горячих вздохов, ни глухих шагов. Поляна давно опустела. Завывала метель.

Напротив стоял силуэт.

— Иди за мной, — незнакомец прохромал в сторону дома.

Дверь скрипнула, загорелся свет. Сняв капюшон, старик сел.

— Почему ты один? Не здешний?

Мальчик встал у входа, нервно потёр руки.

— В лесу живу.

— Один?

— Тётка умерла на днях. Старая была.

Старик вздохнул. Седой, многолетний вздох облаком рассеялся в воздухе.

— Живи тут, малец. Одному тяжко, я это знаю.

Мальчик удивлённо заморгал.

— Кто вы?

Человек улыбнулся.

— Я — старик Эль.