Мой хранитель, медведь Ашу, вышел на середину выжженной поляны, принюхался и обернулся человеком — значит, можно начинать.
— Возродись, — шепнула я лесу.
Сквозь почерневшую землю стала бодро пробиваться синяя трава. Эту силу мне на время передал местный бог Одо: наугад вытащил из мира людей, приставил хранителя и отбыл развлекаться. Вахта затянулась, но домой не хотелось… из-за Ашу. Он был строг и даже надменен со мной, но оберегал: добывал еду, согревал своей шерстью по ночам, учил языку леса. И пусть это был лишь его долг, но забота так опьяняла.

Я залюбовалась своим хранителем, и вдруг почувствовала укол в шею, всё тело окаменело. Ашу в прыжке вновь стал медведем, заградил меня, зарычал. Из его пасти вырвалось малиновое пламя, которое обтекало деревья, сжигая опасные тени. Уже потом, в облике человека, он тряс меня за плечи, что-то кричал на лесном наречии и, кажется, молился.

Когда я снова зашевелилась, он грустно сказал:
— Чую хозяина.

Поднялся ветер, и лес превратился в мою гостиную. Бесцеремонный бог просто выбросил меня. Я сжала кулаки от обиды и, развернувшись, упёрлась в торс Ашу.

— В наказание за любовь Одо отослал меня, — тихо произнёс он и впервые обнял.