Израненный Михайло Потапыч тяжело поднялся с развалин Комерета. Ему тяжело дался бой с этим порождением Ада, но он победил и спас Лес. Это была его последняя мысль — он упал, чтобы больше не встать. Тут же зеленоватые струйки дыма, будто ждавшие этого, просочились из чудом уцелевшего устья печи и жадно впились в тушу Топтыгина. Не успели очищенные от плоти кости со стуком упасть на почерневшую землю, как Дом, кряхтя и стеная, тут же стал восставать. Гулко бухая встали на место бревна сруба, срастили свежие изломы доски, выросла свежая солома на крыше, хищно хлопнули ставни на окнах, собралась из осколков печь. Последней встала на место труба, выбросив из себя зеленоватое облако, быстро накрывшее Лес.
Вскоре звери с пустыми, тлеющими зеленым глазами, набились внутрь дома. Первым умер Волчок Серый бочок. За ним была высосана Лисичка Сестричка. Осыпался на пол серым прахом Зайка Попрыгайка. За ним бесследно исчезла Мышка Норушка и истаяла Лягушка Квакушка.
Опустевший Комерет все еще был голоден – но никого живого в Лесу не осталось. И он стал ждать, постепенно ветшая, пока не рассыпался окончательно в труху.