Космический бой был в самом разгаре. Каша из трассирующих лучей и взрывов мешала сориентироваться где свой где чужой. Гудмэн глянул на радар. Красных и синих все еще было примерно поровну, хотя у синих врагов корабли были хуже.
—Везунчик Фарт. Нужно надрать твари зад. Прикройте, — сказал Гудмэн по рации.
—А ну давай пободаемся, пилот диванный, слабо?— засмеялся канал вражеской связи — корабль Фарта находился прямо перед Гудмэном.
С отчаянным воплем: «Сдохни %@#!» — наши враги дали форсаж на лобовое столкновение. Тут бы мы с ними и попрощались, но перед самым взрывом героев телепортировало в белую каюту на белые кровати инопланетной станции. Почти сразу репродуктор кашлянул и очень вежливо произнес:
—Уважаемые арестанты, вы злостно нарушили закон вежливых слов нашего измерения ТыРы-ПыРы. За это вы приговорены к вежливым работам на очень длинный срок. Приятного вам заключения.
—Это ты виноват му… — Гудмэн закорчится от боли после разряда током и умоляюще уставился на Фарта, боясь произнести хоть слово.
—Высокоуважаемый любимый враг, предлагаю отказаться от преступной практики и встать на путь исправления, — Фарт оглянулся, ничего опасного не произошло.
Гудмэн понял задумку и три дня они провели в непрерывных высоко-вежливых беседах. Герои были на грани морального истощения и нервного срыва. Но только Фарт не выдержал и хотел обозвать Гудмэна неблагодарной свиньей, репродуктор наконец ожил:
—Уважаемые человеки. В связи с большим наплывом преступников из вашего измерения, у нас закончились койка-места. Вы разговаривали вежливо, поэтому отпущены досрочно.
Тут же герои были телепортированы на корабль собранный из останков их флота:
— Ну шо &%#@! Повоюем по человечески! — закричали наши враги в один голос и крепко пожали друг другу руки.