– … хотя моя лукавая жизнь и препятствует этому, но всё то, что невозможно нашими силами, возможно для Тебя. Подойди к аналою и назовись, дочь моя.
– А где Библия? – прошептала Аня, подходя к столу с учебником по высшей математике Выгодского.
– Это тоже старая книга, – прошипел Коля, – не отвлекайся.
– Я – Анна, отче. Грешна – искушение испытываю к рабу божьему Николаю, что аж кушать не могу.
– Тяжек твой грех – прелюбодеяние. Накладываю на тебя епитимью. Преклони колени, Анна, и лезь под епитрахиль.
– Епитимья через епитрахиль, – хихикнули из-под полотенца.
– … да простишь ты чадо Анну, и я недостойный иерей властью Его мне данною прощаю и разрешаю тебя от всех грехов твоих, – читал Николай, всё тяжелее дыша. – Ань, мы за это сгорим в Аду.
– Вместе, – промычала Аня.
– И навсегда, – пропел Николай.