Иван стоял и смотрел на закат. Тот разливал багряные разводы по шелковистой глади могучей реки. В его отсветах не видно было, что щеки Ивана алели в тон вечера. Где-то вдали насвистывал соловей, но его упрямо заглушал рокот рабочей техники.
Сзади кто-то подкрался, и нежные ладони закрыли его глаза. Иван втянул родной и любимый запах жены.
– Ленка, привет. Ты что здесь делаешь?
– Я тебе пирожков и кефирчика принесла. Ты-то что до сих пор здесь делаешь? Домой пора, смена твоя два часа как кончилась.
– Эх, Ленка, я прораб, я не могу бросить рабочий процесс. Завтра мы должны сдать мост, а сдавать нечего. Нам бы продолжать облицовку, да на площадке остался последний лист обшивочной стали. Думаю, завтра мне дадут ощутить всю любовь и нежность заказчика в лице оценочной комиссии.
Иван с тоской посмотрел на стрелу, протянувшуюся через могучую реку, на багряные разводы на воде, взял пирожок у жены и стал с тоской жевать.