Фрэнк разложил на столе двенадцать обойм от наградного Глок-17 и тяжело вздохнул.
«Это какому идиоту пришло в голову делать обоймы для такого оружия всего на 33 патрона? – подумал он, — это-же и на треть операции не хватит!»
Память вернула ветерана полиции, а ныне частного детектива, в далёкие девяностые. Тогда они впервые накрыли наркокартель в бродячем цирке.
Фрэнк заложил ладони за голову и погрузился в приятные воспоминания.
Вот это была операция! Дюжина клоунов в разноцветных одеждах тщетно металась по арене, пытаясь скрыться от всевидящего ока Фрэнка и его Глока-17.
Напрасно комиссар полиции орал в мегафон, что это не тот цирк и здесь не маскируют кокаин под фекалии дрессированных шимпанзе.
Спастись тогда удалось только двум клоунам. Да и те после реанимации навсегда покончили с цирком и работали доставщиками памперсов в женский монастырь с бывшими танцовщицами из Мулен Руж.
Вдруг Фрэнк замер, а рука инстинктивно потянулась к Глоку-17.
Чуткое ухо сыщика отчётливо различило грохот тяжёлой поступи у неисправного пассажирского лифта, нецензурную брань и узнаваемый лязг затвора автомата Калашникова.
Мозг Фрэнка судорожно начал просчитывать возможные сценарии.
«Кто это может быть? — подумал он, — соседские дети ещё в школе, а их мать на дежурстве в психдиспансере имени Барака Обамы. Остаётся единственно возможный вариант. Это комиссар полиции собственной персоной со своим заместителем. Но что они здесь делают?»
В дверь тихонько постучали, а в замочной скважине скрежетнула отмычка.
— Не заперто! – крикнул Фрэнк, совершая кульбит за спинку дивана и одновременно стреляя в область дверного глазка.
За дверью раздался вопль и звук падающего тела. Жалобный голос комиссара полиции проскулил:
— Фрэнк, не стреляй, это свои!
Фрэнк вставил новую обойму в пистолет и довольно хмыкнул.
— Свои сидят в комиссариате, а не шляются где попало! — прокричал он.
— Мы не где попало, Фрэнк, мы по делу! – умоляюще пролепетал комиссар.
— Я не желаю выписывать штрафы за неправильную парковку! Чистые бланки я сдал в бухгалтерию.
Входная дверь приоткрылась и в проёме появилась рука комиссара с белым платком.
— Мы не по поводу штрафов. Этот вопрос рассматривает сенатский комитет. А вот ты, как всегда, оказался прав. Наркобарыги таки начали прятать кокаин в фекалиях.
Фрэнк открыл дверь, и комиссар втащил раненого в ягодицу заместителя в квартиру детектива.
— Пить! – простонал зам.
Фрэнк плеснул в кружку остатки утреннего виски и поставил перед ним. Тот проглотил напиток одним махом и снова протянул кружку Фрэнку.
Комиссар вырвал у него посуду и поставил на стол.
— Мы на службе! – грозно рявкнул он и подмигнул Фрэнку.
Детектив понимающе усмехнулся и направился к бару за новой бутылкой.
— Так что там насчёт кокаиновых фекалий? – спросил Фрэнк, разливая виски по бокалам.
— Нам не хватает тебя, Фрэнк! — комиссар осушил бокал и сам подлил себе виски, — никто не желает копаться в этом дерьме.
— Вы про праймерис в демократической партии? – Фрэнк покосился на зама, который медленно отползал от стола в сторону бара.
— Нет, Фрэнк, мы по поводу той перестрелки в цирке, — комиссар вытер пот со лба, — руководство решило вновь использовать тебя в операции по картелю.
— Почему меня? – спросил Фрэнк
— Ты всегда был лучшим по копанию в дерьме и отстрелу клоунов.
— А как же моя пенсия? – поинтересовался Фрэнк.
— На время операции тебе вернут значок, дадут оружие, шокер для диких быков, и разрешение стрелять без предупреждения. Кроме того, тебе назначат оклад копа-стажёра и приостановят пенсию. После операции подделаешь новую налоговую декларацию и возместишь ущерб цирку.
Фрэнк одобрительно кивнул и погладил пистолет.
— Звучит заманчиво, — сказал он, — а в чём будет заключаться моя роль под прикрытием?
Комиссар залпом осушил стакан и достал из внутреннего кармана резиновую маску самки орангутана.
— Вот твоё прикрытие, Фрэнк. — комиссар положил маску перед детективом, — наши специалисты переоденут тебя в обезьяну и посадят в клетку вместе с настоящими шимпанзе. Твоя задача будет целыми днями копаться в дерьме и отслеживать фекальный наркотрафик в цирке.
Фрэнк взял маску в руки, повертел её и довольно хмыкнул.
— Какой экстренный канал связи на случай обнаружения крупной партии? – спросил он.
— На вечерних представлениях тебя будут выводить на поводке для фотосессий со зрителями. Среди них будет твоя старая знакомая.
Фрэнк вскочил со стула и до хруста сжал кулаки.
— Джейн? – воскликнул он.
— Да, Джейн! — комиссар подошёл к серванту, на котором красовалась целая галерея фотосессий аппетитной блондинки, которая в бикини полировала на местной мойке машины различных марок, — какой кар тебе больше всего нравится?
Фрэнк подошёл к серванту и ткнул в чёрный мерседес, на котором Джейн была запечатлена топлес в пене от автомобильного шампуня.
— В точку, Фрэнк. Эта фотография красуется на столах у всего нашего отдела. Как ты смог упустить такое чудо?
Детектив заскулил и тяжело опустился на стул.
— Как мне передавать информацию про наркотрафик? – спросил он.
Комиссар сочувственно похлопал Френка по плечу и сказал:
— Во время фотосессий с Джейн, ты будешь незаметно засовывать ей в лифчик небольшие кусочки фекалий. Наши спецы проведут тщательный анализ материала и определят каналы поставки и сбыта наркотиков.
— А если шимпанзе что-то заподозрят? – спросил Фрэнк.
— Шимпанзе тебе нечего опасаться. Они сидят на коксе и слушают минусовки Киркорова. Опасность может подстерегать тебя в другом, – комиссар приблизился к Фрэнку и перешёл на шёпот, — в цирке болтается общий любимец самец гориллы. Его иногда запускают в клетку с шимпанзе для наведения порядка среди приматов и подзарядки медиаплеера. Постарайся не смотреть ему в глаза. Информаторы сообщили, что самки гориллы в цирке нет. Пока страдают только шимпанзе.
— Смотреть опасности в глаза – моё второе имя! – сказал Фрэнк
В это время раздался грохот бьющихся бутылок.
Зам комиссара таки дополз до бара и опрокинул его на себя.