— Вечная память, достоблаженне и приснопамятне братия и сестры наши! Аминь! – отец Михаил перекрестил свежий могильный холм на церковном погосте. – На будущий год поставим часовню здесь, а сейчас пойдёмте, други, помянем убиенных.
Небольшая процессия из батюшки, двух археологов и трех прихожан направились в трапезную.
— А я-то думал, что это мне всё крики и плач мерещились, как на ночь в храме остаюсь? – семенил за священником сторож Степаныч.
— В итоге более тысячи с лишним останков мы насчитали, среди нх и детские кости были… — тихо промолвил Леонид Дмитриевич, — может и мой дед там лежит…
— Да, когда рабочие вскрыли полы, подвал был завален прострелянными черепами. Не зря старожилы говорили, что в тридцатые годы тут НКВД тюрьму устроил.
На рассвете в Пятницкой церкви, ещё совсем недавно отданной верующим, из глаз Богородицы с клиросной иконы скатилась слеза. Вслед ей замироточили и Параскева, и святые отцы.