В далекой галактике, оставляя за собой глубокую длинную борозду, ступа вспорола землю, соскользнула в овраг, несколько раз перевернулась, пыхнула напоследок соплами и замерла.
Загремев металлической чешуей, неподалеку грохнулся Змей Горыныч. Надсадно поскрипывая, прохромал к ступе. Добил лапой ее изрядно треснувший купол и вытащил безвольно обвисшее в лапе тело.
— Яга! – собирались взвыть две головы, но уже на вдохе закашлялись сажей и черными выхлопами. Третья болталась на проводах, не реагируя на приказы центрального процессора.
— Если это ты так обо мне горюешь, то, мил друг, посыпай пеплом свою голову, а не мою. И усади меня уже куда-нибудь. Укачивает. – Яга порванным рукавом отерла кровь с лица.
Змей бережно пристроил боевого товарища у своего хвоста. Посмотрел в небо. Битва продолжалась. Сбитые корабли падающими звездами чертили в небе узоры смерти.
— Вот тебе и Иван-дурак… Как меч-кладинец раздобыл, от его добра житья не стало. Сборы на борьбу со злом ввел, сенсоры добролюбия вживляет. Все теперь таблетки всякие горстями глотают, лишь бы сенсор «недобр» не показал. Вставай, Яга. Содружество спасать надо. С этой экспансией добра, МЫ теперь добро.