Метель угомонилась, и установилась та самая новогодняя погода, что погружает душу в состояние сказочной безмятежности.
Лёша улыбнулся. Он уже не переживал, что не успевает встретить праздник в кругу семьи. Отзвонился ещё на выезде, зная, что вскоре связь надолго исчезнет.
Свет фар скользнул по обочине. Там, прижавшись правым бортом к толстой сосне, притулилась изрядно запорошенная газелька. Лёша притормозил.
Выбраться на дорогу газельке не светило. Водитель, назвавшийся Шуриком, устроился на пассажирском сиденье.
— Не думал, что ещё кто-то проедет, – вздохнул он.
— Случай, — хмыкнул Лёша. – На выезде старушка попала. Плачет. Говорит, потерялась. Три часа с ней катался. Дом искали. Потом, вроде как, нашли. И тут, представляешь, открываю ей дверь, чтобы сверху спустить, а в кабине пусто. Обошёл машину кругом – никого.
— Шиза, — хохотнул Шура. – А чего ты с ней вообще таскался?
— Маму напомнила, — смущённо проговорил Алексей. – Полтора месяца как похоронил.
— Извини, — пробормотал попутчик.
— Да ладно, — отмахнулся Лёша. – Ты лучше расскажи, как с дороги слетел?
— Ехал бодрячком, — Шурик поморщился. – Вдруг впереди тётка какая-то дорогу переходит. Я по тормозам и в кусты.
— Здесь? – удивился Алексей. – Откуда? Тридцать километров до жилья!
Впереди сверкнуло. Машину остановил инспектор.
— Мост рухнул. Давайте в объезд.
В проломе виднелся тент с драконом.
— Этот чел мимо проскочил, когда я слетел с дороги, — побледнел Шура.
***
— А твой молодец, — девушка с длинной чёрной косой улыбнулась подруге с рыжими кудряшками. – И меня покатал, и моего вытащил.
Рыжая покачала в воздухе ногами. Потом встала на облаке и вздохнула.
— Тяжело им без нас. Пути не видят, всё куда-то спешат. Ну как им без мамкиного пригляда?
Девушки взялись за руки и, закружившись в танце, превратились в рой снежинок, летящих по ветру из старого в новый год.