В комфортном туалете авиалайнера прятался чертенок.
Ну как – прятался? Сидел на унитазе, свесив копытца, и обалдело таращился в распахнувшуюся дверь.
Я вошел, вздрогнул от неожиданности и растерянно воскликнул:
– Какого черта?!
Потом грозно добавил по-английски:
– Oh my god!
Чертенок свалился с унитаза, отполз в угол и жалобно проблеял:
– Умоляю, лучше по-русски!
Земляк? Я смягчился.
Я возвращался из Сан-Франциско в Красноярск с конференции демонологов. Будучи магом-эмпатом второй степени, кое-что понимал в потустороннем бытии. Наверное, поэтому свободно проник в помещение, опечатанное нечистой силой.
– И чего ты тут? – спросил я, закуривая.
Рогатый стрельнул сигарету и признался:
– Остохренело в аду. Порой так хочется свободы и покоя. И штоб никого рядом!
– Ну, ты и место нашел, – удивился я. – Здесь тебе покойно и весело?
– Ага. Лучше всего, когда ни пекло, ни рай тебя не контролируют. Не согласен?
Я пожал плечами. У каждого свои радости жизни. Чертенок словно подслушивал.
– Именно так! – топнул он копытцем. – У одних одинокая роза на пустой планете…
Я поперхнулся дымом. Интеллектуал, однако.
– …у других унитаз между небом и землей.
Присев на унитаз, я задумался.