Капитан Буль проснулся среди ночи и ткнул помощника Клопа ногой.

— Тысяча чертей, Клоп, вы храпите, как труба моего парохода, перестаньте сейчас же или я выкину вас на палубу из моей рубки.

— Уже молчу капитан Буль. Я не нарочно, чесслово. Но по моему, храпел не только я, а кто-то ещё. Возможно это кук Лук, там у себя на камбузе.

Капитан и его помощник тихонько пробрались на камбуз, но кука там не было, только чей-то невыносимый храп. Они присмотрелись и заметили в темноте, какое-то движение. Храп прекратился и сменился на множественный чих.

— Кто там чихает? Выходи сию минуту.

Капитан Буль зажёг фонарик и посветил в направлении чиха. Там в углу, закрываясь руками от света, стояла маленькая девочка, чумазая с рыжими косичками, похожая на белку. Она вдруг расплакалась и запричитала,

— Дяденьки, добренькие не выгоняйте меня пожалуйста, я больше не буду храпеть и чихать.

— Кто ты такая, как ты сюда попала, давай рассказывай. Тысяча мышей на мою голову, на моём пароходе женщина, — закричал капитан Буль, сжав кулаки.

Девочка заплакала ещё громче. В двери камбуза появилась лохматая голова кука Лука, прибежавшего на шум. Он виновато скривился, и подойдя к девочке, обнял её, утешая,

— Не бойся малышка, я взял тебя с собой и не дам никому в обиду. Капитан, простите старого кука, я не успел вчера рассказать вам о своей внучке. Она не будет помехой, а даже наоборот, будет помогать мне на камбузе.

Девочка замахала рыжей головкой в знак согласия со своим дедом.

Капитан Буль хмыкнул и пошёл в свою рубку, помощник Клоп последовал за ним.

— А она останется с нами?

— Клоп идите к штурвалу и не мешайте мне принимать решение.

Капитан Буль сел за стол и записал в судовом журнале: « Первое апреля, на пароход принят помощник кука, по имени Белка», поставил точку и улыбнулся широкой улыбкой.