В пабе на Парк-роуд сидели друзья. Один из них, молодой констебль Оливер Смит, с трясущимися руками и слезящимися глазами рассказывал историю, которой сам был свидетель.
— Диспетчер попросил дом на Апл-роуд проверить. Мы с Джоном поехали, – говорил он, то и дело потирая шею. – Дверь открыл мужик в полотенце. Из душа мы его выдернули. Всё тихо было. А потом мы зашли на кухню. Хотели уже уходить, когда Джон как будто что-то услышал. Маячит мне на дверь в подвал, мол иди проверь. Ну я и пошёл. Ей Богу, парни… Если бы я знал! – Оливер закрыл лицо руками. – Спустился я. Холод. Лампа мигает. Треск какой-то. Вижу – два стола. На них женщины с распоротыми животами. Из них трубки торчат. Одни к каким-то аппаратам идут, другие к низенькому столику. На нём женская голова стоит. А потом голова засипела! И в тишине подвала, это было громче гула турбин самолёта. Глаза у нее стали башенными. Рот исказился. У неё не было передних зубов. «Убей меня! Убей! Прошу!» Я испугался, — констебль закрыл лицо руками. – Я не помню как выстрелил. Смотрю, а тут уже и мужик этот с Джоном. Мужик на коленях стоит, мозги её по себе размазывает и кричит: «Что вы наделали? Она любила меня! Каждый вечер любила!»