– О, император, осмелюсь ли предложить разоблачение очередного трактата вашему величеству.
Император Цин Шихуанди смотрел с трона на согбенного в почтительном поклоне советника Сяо Бу, осуществлявшего надзор над мудрецами, алхимиками и гадателями. Ему нравилось, когда этот пронырливого ума евнух добивался императорской аудиенции.
– Говори, – произнёс император.
– Позвольте представить вашему величеству трактат о бессмертии многоуважаемого мудреца Вэнь Хуа, которому назначено годовое содержание из казны.
На благосклонный кивок императора евнух хлопнул в ладоши и двое слуг внесли в тронную огромный, в половину человеческого роста и толщиной в хороший сосновый ствол, свиток шёлка, сплошь испещрённый иероглифами.
Император молчал, ожидая объяснений.
– Полторы ли тончайшего шёлка, ваше величество, четыре миллиона иероглифов, начертанных драгоценной, пурпурной краской, но содержание совершенно не соответствует форме, – говорил Сяо Бу, кланяясь.
– Короче, – прервал его словоизлияния Цин Шихуанди. – Что в итоге?
– Ничего, – ответил евнух. – Трактат начинается словами: «Что такое бессмертие?» и заканчивается вопросом: «Так что же такое бессмертие?». Между ними всяческие пустопорожние размышления о сути бессмертия и рецепты вроде: «Возьмите порошок из рога северного единорога… Чешую зеленоглазой русалки… Желток яйца рогатого дракона…»
Император поднял руку, призывая замолчать.
– Следовательно, Вэнь Хуа получает государственное содержание за то, чего нет, – сделал вывод император. – Слушай мой указ! Всё имущество и наложниц Вэнь Хуа конфисковать в пользу государства. Его самого лишить звания мудреца, подвергнуть аресту и зарыть живьём в землю с прочими псевдомудрецами, которыми уже переполнены имперские тюрьмы!