Главный редактор метался взад и вперёд, теребя двубортный пиджак, переливающийся всеми цветами радуги.
– Защита прежних свобод набила оскомину у публики. Нужна новизна, драйв, эпатаж! Какие будут предложения?

– Отстоим права дышать через задний проход, – просвиристел напомаженный молодой человек.
– Смело, оригинально! Экологи могут возражать, но есть перспектива бизнеса по производству фильтров, так сказать, «на вдох-выдох». И нам перепадёт неплохой куш. Ещё?

– Вот запрос общества: ездить на работу в аквариумах. Желательно с джакузи, – пробасила рептилоидного вида дама.
– И обязательно с выпуском всей линейки размеров, вплоть до супермакси! – довольно потёр ладони редактор. – Есть что-нибудь более радикальное?

– Разрешить ношение бейсбольной биты, интегрированной с электрошокером и небольшой базукой, – прогундосил яйцеголовый очкарик.
– Почему бы нет? – восхитился шеф. – Это и новизна ощущений, гарантированная простому обывателю, и «вкусный» заказ по военному ведомству, особенно выгодный для нас.

– А вы что предложите, милочка? – обратился шеф к новой сотруднице, нервно теребившей обшлаг белоснежной блузки.
– Я? – испуганно откликнулась молодая девушка. – Может быть… отменить перлюстрирование хотя бы некоторых писем, любовного содержания. Людям так важно сохранять сердечные тайны.

На несчастную зашикали со всех сторон:
– Но это же запрет! – логично возражал яйцеголовый.
– Это попрание прав знать о каждом то, что необходимо для его же собственной безопасности! – ящеркой шипела дама.
– Важно защищать свободы меньшинств, а эти ваши письма пока что пишет большинство несознательного населения! – пригвоздил напомаженный.
– И нам от этого никакой выгоды, – по-отечески мягко подвёл черту обструкции шеф. – Думайте, что говорите!