Всё начинается с благословенного молчания. Откуда и знать об улицах, как они звучат сообразно возрасту человека? Едва ли понимаю и слышу, как меня увозят рождаться из Еврейского работного дома.
Но вот мне полтора года. Мне снится серебряный голос Ларочки, живущей в этом же доме. Я влюблён в этот голос, так что дыхание перехватывает. По иронии судьбы много позже Ларочка выйдет замуж за палестинца. Да она и была меня много старше, моя первая неосознанная влюблённость.
В школьные годы улицы звучат звонко. Это мы с другом детства пускаем на бульваре воздушного змея. Почему-то самое яркое воспоминание. Наверное, потому, что высокое.
А вот размеренный студенческий топот. Вместе с будущим историком Костей Дягилевым мы пробегали путь от дома до университета за девять минут. Сложно поверить, сейчас на ту же дистанцию трачу больше, чем полчаса. И кажется, что иду быстро.
Как же улицы звучали позже? Уже и не вспомнить. Неужели и теперь они звучат для кого-то звонко, полётно? Но почему для меня их тротуары стали доверительно шептать? Ах, это шарканье моих собственных подошв!
Когда-то их разговор вновь перейдёт в благословенное молчание, уютное, словно в материнской утробе.