– Грёбаный Водоворот! И братишку, и сестру гонят в чёрную дыру! Опять яхуел космодром занял. Придётся садиться на болото, – сказал мехвод косморикши Перкосрак своему клиенту, представившемуся ипополковником от межсистемной инфантерии Гудмэном.
– Не страшно. У меня в сидоре самокат, который на болотном сероводороде ездить может. До города доберусь. А также сероводород замаскирует запах яиц, протухших в брюках… то есть в карманах брюк.
– Надоели эти алкаши со своими митингами! – продолжил мехвод.
– Какие алкаши?
– Яхуелы эти. Скачут перед выборами в поддержку бывшего бандюги Дарта Фарта за мешок самогона.
– Бандюги?
– Да, пират он, теневой магнат. Хотел бы его рожу увидеть. Сил у него уже нет корабли захватывать, хочет регулярное государство создать. Пират есть пират.
– А вы за кого?
– Конечно, за действующую королеву Клею. Люблю свою молодость вспоминать, когда она ещё принцессой была. С утра стаканчик дёрнешь, возьмёшь дрын и плакат с её лицом, подобным Сириусу, выйдешь и идёшь с друзьями в район Космопорта чужаков шугать. Ох, мы их гоняли, сплошное веселье. Потом вернёмся в жилблок, пару бутылок раздавим и разойдёмся по шконкам, зная, что наша планета самая лучшая во вселенной.
Рикша приводнилась на болоте. Гудмэн оставил щедрые спиртовые и поставил дюжину планет из двенадцати.
Спустя седмицу СМИ выяснили, что принцесса Клея склеилась ещё в младенчестве. А власть всё это время занимала самозванка-арктурианка Гадя. По дальновидцу в жилблоке мехводов рикш показали шлемонацию нового правителя Дарта Фарта. Перкосрак узнал в нём своего недавнего попутчика и сказал коллегам:
– Эх, золотые времена наступают. Хороший мужик к власти пришёл. Душевный и щедрый. Позор узурпаторам и самозванцам! Слава королю! Слава Гудмэну!