Наталья стояла в проёме кухонных дверей, скрестив руки на пышной груди, склонив голову, украшенную бигуди, смотрела на Вячеслава. – Слав, может, хватит? – проговорила она. — Что они тебе сделали? Ты расскажи, не таись и не бойся, я никому…
— Сдурела? – огрызнулся мужчина, — я их всех… — он грозно потряс кулаком куда-то в сторону.
— Не понимаю, — сокрушённо сказала женщина, — пусть что хотят, то и делают. Тебя же не трогают.
— Как это не трогают? Они бегают полуголые, к столбам себя приковывают, в трубы трубят. Потому что, хотят всю власть себе забрать, а потом нас же и «трахать»!
Про «трахать» Наташа уже перестала даже мечтать. Её мужа больше волновали секс-меньшинства, которым он противостоял.
– Они уже везде, — говорил Вячеслав, — на телевиденье, на радио. Лезут к нам в голову, и там оргии устраивают. Пришло время их выкосить и засеять поля традиционными ценностями. «Пришло время жатвы!» —высокопарно произнёс мужчина, воздев вверх указательный палец.
Тут на его голову приземлилась пара мух, и бесцеремонно стали заниматься продолжением своего мушиного рода. Наташа полотенцем, оказавшимся в её руках с размаху, треснула мужа по лысине. – Ты чё? – вытаращил он на неё свои глаза.
— Мухи у тебя на башке трахаются, а в голове, все кому не лень. – она отвернулась и, покачивая аппетитными бёдрами, направилась на кухню продолжать варить борщ.
Входная дверь с силой захлопнулась. Возмущённый словами жены Вячеслав помчался к поджидавшим его соратникам.
Наталья услышала, как со двора стали выезжать машины с активистами. Взяла телефон, позвонила соседу. – Коль, зайдёшь? Мой опять поехал гомосеков гонять, а у меня борщ и пышки с пампушками…